Тиртей

О жизни Тиртея достоверно известно очень мало. Он принадлежит Спарте VII века до н. э.: «Суда» относит его расцвет к 35-й олимпиаде (640–637 гг. до н. э.), а Центр греческого языка датирует его примерно 660–600 гг. до н. э. Его стихи связывают со Второй Мессенской войной, когда восстали мессенцы, которых Спарта завоевала и обратила в илотов. В элегии, позднее названной Εὐνομία («Евномия», «Благозаконие»), говорящий рассказывает, что вместе с потомками Геракла покинул «ветреный Эриней» и пришёл на остров Пелопа. Эти слова звучат так, будто спартанец говорит от имени своей общины.

Однако античные авторы рассказывали и совсем другую историю. Павсаний сообщает, что Дельфы велели спартанцам взять советника из Афин, и афиняне прислали Тиртея, учителя грамоты, хромого на одну ногу и слывшего недалёким. Афинский оратор Ликург говорит, что Спарта взяла его из Афин в предводители, а Платон называет его афинянином по рождению, ставшим затем гражданином Спарты. «Суда», напротив, называет его «лаконцем или милетянином», сыном Архемброта, элегическим поэтом и авлетом одновременно. Уже Страбон сомневался в афинской версии из-за строки об Эринее. Он также читал стихи так, будто Тиртей командовал спартанцами на войне, но это, как и остальная его биография, не поддаётся проверке. Современные исследователи обычно считают хромого учителя легендой.

Тиртей писал элегии — стихи в двустишиях из гекзаметра и пентаметра, которые обычно исполнялись под авлос. «Суда» приписывает ему государственное устройство для спартанцев, нравственные наставления в элегических стихах и военные песни, в пяти книгах. Сохранился ряд фрагментов, которые цитируют поздние авторы, среди них четыре довольно пространные военные элегии. «Евномия», которую цитирует Страбон, представляет порядок Спарты как дар Зевса потомкам Геракла.

Военные элегии обращаются прямо к молодым людям гражданского войска. Их язык гомеровский, но идеал новый: не одинокий герой, а строй гоплитов, стоящих плечом к плечу в фаланге. Во фрагменте 10, сохранённом Ликургом, прекрасной названа гибель в первом ряду в бою за родину, а тот, кто покидает свой город, становится бездомным нищим. Фрагмент 11, сохранённый Стобеем, открывается ободрением, приведённым на этой странице, а затем описывает рукопашный бой в жёстких подробностях. Фрагмент 12 отодвигает в сторону быстроту в беге, красоту, богатство и красноречие и восхваляет мужество на войне как истинную доблесть; Платон обсуждает его начало в «Законах». Эти стихи принадлежат обществу, воевавшему за землю порабощённого им народа. Их лучше читать как историческое свидетельство спартанских ценностей, а не как вневременные советы.

Тиртей остаётся основным свидетелем архаической Спарты и ранней греческой элегии. Онлайн-антология Центра греческого языка представляет фрагмент 10 со стихотворным новогреческим переводом Фрасивула Ставру под заголовком латинской строки Горация «Dulce et decorum est pro patria mori», которая перекликается с ним. Для собственной практики возьмите три древние строки, приведённые на этой странице. Найдите формы множественного числа ἐστέ (вы есть), θαρσεῖτε (мужайтесь) и φοβεῖσθε (бойтесь). Сравните новогреческие κάνε κουράγιο / κάντε κουράγιο и μη φοβάσαι / μη φοβάστε. Затем напишите два коротких ободрения перед экзаменом по греческому — одно для одной подруги, другое для всего класса: Μη φοβάσαι, Ελένη! Μη φοβάστε, παιδιά, ξέρετε πολλά! (Не бойся, Элени! Не бойтесь, ребята, вы знаете много!)

• Оратор Ликург, выступая в Афинах в 330 г. до н. э., сказал, что спартанский закон созывал воинов в походе к шатру царя, чтобы вместе слушать стихи Тиртея.
• По словам Филохора, которого цитирует Афиней, спартанцы в походе после ужина по очереди пели Тиртея, а полемарх давал лучшему певцу кусок мяса.
• «Суда» называет его не только поэтом, но и αὐλητής (авлетом, игроком на авлосе).
• Страбон использовал одну-единственную строку о «ветреном Эринее», чтобы доказать, что Тиртей не был афинянином.