«Медея» Еврипида: краткое содержание и темы

«Медея» — трагедия Еврипида из Афин. Действие происходит перед домом в Коринфе. Медея родом из Колхиды, страны, далёкой от Греции. Она помогла Ясону добыть золотое руно, покинула дом отца и уплыла вместе с ним (476–485). У них двое маленьких сыновей. Когда пьеса начинается, Ясон уже оставил её, чтобы жениться на дочери Креонта, царя Коринфа. Тогда Креонт приказывает Медее уйти из города вместе с детьми. Она умоляет дать ей ещё один день, и он соглашается (340–356).

Этот день она использует для мести. Мимо проходит Эгей, царь Афин, и она заставляет его поклясться, что он даст ей надёжное убежище. Она посылает сыновей к царевне с подарками: тонким одеянием и золотым венцом. Подарки отравлены, и царевна и Креонт умирают. Затем Медея убивает двух своих сыновей, в доме, чтобы у Ясона не осталось детей (803–806). Это самый страшный поступок в пьесе, и сама пьеса называет его страшным. В конце она ускользает от Ясона на колеснице, которую дал ей дед, бог Солнца, и отправляется в Афины.

В своей первой большой речи (214–266) Медея обращается к женщинам Коринфа, которые составляют хор. Чужестранец, ξένος, говорит она, должен приспосабливаться к городу (222). Затем она сравнивает их жизнь со своей. У них есть город и отцовский дом. Она же ἔρημος и ἄπολις, одинокая и без города, увезённая ἐκ γῆς βαρβάρου, из негреческой земли, без матери, брата или родственника, к которому можно обратиться (253–258). То же поёт и хор: ἐπὶ δὲ ξένᾳ ναίεις χθονί, ты живёшь на чужой земле (433–435).

Ясон превращает это в довод. Она только выиграла, говорит он, потому что живёт в Греции, ἀντὶ βαρβάρου χθονός, а не в негреческой земле (536–538). В конце он говорит, что ни одна гречанка, Ἑλληνὶς γυνή, не решилась бы на такое (1339–1340). Но пьеса не просто о местных жителях, которые ненавидят чужую. Креонт говорит, что боится её по другим причинам: она σοφή, умна и опытна во зле, и она угрожала (282–289). Женщины Коринфа даже обещают ей молчание и признают, что наказать Ясона справедливо (267), пока не узнают, что она замышляет против детей (811–818). Говорить здесь о ксенофобии — современный способ читать пьесу. Текст же показывает, как беззащитен человек, у которого рядом нет ни города, ни семьи.

Пьеса снова и снова возвращается к ὅρκος, клятве. Ясон клялся Медее, и она взывает к его клятвам (21, 161). Хор поёт, что благодать клятв исчезла (439). Поэтому, когда Эгей предлагает ей дом, она заставляет его поклясться Землёй и Солнцем (746–755). Современного слова для мести, εκδίκηση, в пьесе нет: ἐκδίκησις — более позднее слово, оно встречается у Полибия и в Новом Завете. Еврипид говорит τείσειν δίκην, понести наказание: её враги, надеется она, поплатятся (767).

Убийство Медеей своих сыновей — самое трудное место пьесы, и его не скрывают и не оправдывают. Она объявляет о нём и называет его ἔργον ἀνοσιώτατον, делом совершенно нечестивым (792–796). Хор умоляет её не делать этого. Она называет свои причины: враги не будут над ней смеяться (797), и так Ясону будет больнее всего (817). Перед мальчиками она колеблется и обращается к собственному θυμός, своему гневу или страсти (1056). Затем звучат знаменитые слова: θυμὸς δὲ κρείσσων τῶν ἐμῶν βουλευμάτων, мой гнев сильнее моих замыслов (1079). Учёные спорят об этом месте: Рив (Reeve) доказывал, что стихи 1056–1080 следует исключить, а Ковач (Kovacs) защищает бо́льшую их часть. Смерти не показаны. Зрители только слышат, как мальчики зовут из дома (1271–1278).

Античное краткое изложение, ὑπόθεσις, приписываемое Аристофану Византийскому, сообщает дату и результат: 431 год до н. э., первый Эвфорион, второй Софокл, третий Еврипид с «Медеей», «Филоктетом», «Диктисом» и сатировской драмой «Жнецы» (Θερισταί). Итак, эта знаменитая пьеса заняла последнее из трёх мест в своём собственном состязании. Аристотель позже упоминает её в «Поэтике»: Медея убивает сознательно (1453b), но он критикует бегство ἀπὸ μηχανῆς, с помощью театральной машины (1454b).

Возможно, Медея не всегда была убийцей. Античные примечания к пьесе (схолии к стихам 9 и 264) цитируют Пармениска, по словам которого коринфяне убили её детей у алтаря Геры Акрейской. Те же примечания повторяют рассказ о том, что Коринф заплатил Еврипиду пять талантов, чтобы он переложил вину на Медею; проверить это нельзя. Павсаний (2.3.6–7) видел в Коринфе могилу детей, называет их Мермером и Феретом (в пьесе у них нет имён) и сообщает, что их, по преданию, побили камнями коринфяне. Это наводит на мысль, что мать, которая сама решает убить, может быть изменением самого Еврипида, но доказать это нельзя: античное изложение передаёт утверждение, что он взял пьесу из «Медеи» Неофрона, время жизни которого неизвестно.